magazine.rbc.ru: «Мы плывем вместе или мы тонем вместе?» - риторически вопросил глава Еврокомиссии Хосе Мануэль Баррозу на пекинском саммите лидеров азиатских и европейских государств (24-25 октября), главной темой повестки дня которого стал мировой финансовый кризис. Однако правительству Китая, заявляющему о том, что кризис страну практически не затронул, некуда спешить с конкретными действиями.

Кризис выдвигает четвертую экономическую державу мира, обладающую самыми значительными резервами иностранной валюты, в центр мировой политической арены. Премьер-министр страны Вэнь Цзябао заявил, что Китай намерен «принимать активное участие» во встрече мировых лидеров, приглашенных Джорджем Бушем для урегулирования мирового кризиса 15 ноября 2008 года. После встречи Азия - Европа (ASEM) г-н Вэнь отправился в Россию и Казахстан, куда прибудут главы самых влиятельных государств Центральной Азии для продолжения переговоров, главной темой которых являются проблемы мировой финансовой системы.

Однако, несмотря на всю демонстрируемую уверенность в будущем (по словам г-н Вэня, «влияние кризиса ограничено и находится под контролем»), а также свои намеки на стремление к тому, чтобы мировой финансовый порядок меньше зависел от воли США и доллара, Китай не намерен транжирить свой авторитет. На седьмой с 1996 года встрече ASEM (они проводятся один раз в два года) Китай вторил призывам г-на Баррозу к согласованным международным усилиям. Однако у него не оказалось свежих идей о том, что именно нужно делать. Г-н Вэнь банально предложил усилить регулирование международной финансовой системы.

Самым конкретным предложением, обсужденным азиатскими странами на встрече ASEM, стала идея создания к середине 2009 года фонда в размере 80 млрд долларов для помощи странам региона в решении проблемы нехватки ликвидности. Этот план уже был согласован в мае. Основной объем средств предоставят Китай, Япония и Южная Корея, но подробности относительно вклада каждой из этих стран и о том, как будет осуществляться управление фондом, будут обнародованы позже.

Китаю, чьи валютные резервы составляют 1,9 трлн долларов, и Японии, у которой около 1 трлн, вряд ли будет сложно выделить предлагаемую сумму. Но те государства, которые дадут самые большие средства, будут претендовать и на самое большое влияние. Участвующие в проекте страны, в числе которых кроме упомянутых еще 10 членов Ассоциации государств Юго-Восточной Азии (АСЕАН), во многом не согласны между собой, имеют различные точки зрения, и не последнее место в их противоречиях занимает вопрос о роли Китая и Японии в Азии. Большинство из них слишком трепетно относится ко всему, что касается их суверенитета, чтобы согласиться на создание союза в любой реальной форме.

Руководство Китая заявило на ASEM, что его главная задача - поддержание стабильности экономики КНР. Это, по словам г-на Вэня, и будет «самым большим вкладом Китая в решение мировых проблем». В последнее время - что необычно - темп экономического роста Китая снизился до однозначной цифры (9% в третьем квартале года) и, по прогнозам многих экономистов, останется на таком уровне и в следующем году. Однако динамичное развитие китайской экономики - это тот фактор, на который могут опираться азиатские страны, часть которых имеет профицит торгового баланса с Китаем. То же самое относится и к Евросоюзу, для которого Китай - самый быстрорастущий рынок в мире, хотя европейцы любят сетовать на торговые барьеры КНР - на самом деле пока все равно не большие, чем в Швейцарии. По крайней мере жалобы европейцев на то, что юань уже несколько лет продолжает обесцениваться по отношению к евро, в результате чего дорожает европейский экспорт, теперь утихли из-за изменения тенденции на противоположную.

Сначала казалось, что Китай не хочет, чтобы тема финансового кризиса доминировала в повестке дня ASEM. Однако, допустив такой поворот событий на встрече, Пекин ничего не потерял. Эта тема отвлекла внимание от другого вызывающего мировую озабоченность вопроса - проблемы глобального изменения климата. Европа хочет добиться от Китая принятия более жестких обязательств относительно сокращения выбросов углекислого газа. Однако если на встрече ASEM и имела место озабоченность отходом Китая от своих прежних обязательств, поскольку в центре его внимания теперь находятся экономический рост и создание новых рабочих мест, то дипломатичность не позволила участникам встречи поднять этот вопрос публично (так же, как они были слишком тактичны, чтобы выразить свое неудовольствие тем, что из-за возражений Китая на встрече ASEM не присутствовал Тайвань - пятая крупнейшая экономика Азии).

Объединившее всё ощущение кризиса также позволило Китаю, не теряя лица, предпринять шаги к улучшению своих отношений с некоторыми государствами. Канцлеру Германии Ангеле Меркель, которая вызвала негодование Пекина, встретившись с далай-ламой в сентябре прошлого года, президент Китая Ху Цзиньтао в ходе кулуарной встречи сказал, что отношения между Китаем и Германией «хорошие».

Это большее, на что глава Китая когда-либо шел, когда хотел сказать, что все забыто. Новый премьер-министр Японии Таро Асо также был удостоен сердечного приема, несмотря на его скептические взгляды на отношения с Китаем, а также несмотря на то что он совсем недавно подписал договор о безопасности с Индией, что некоторые политологи, по крайней мере в Китае, наверняка расценят как жест, направленный против КНР. Главы Японии и Китая договорились об открытии «горячей линии» связи. Китай и Вьетнам пришли к соглашению о делимитации своей спорной сухопутной границы к концу года.

Однако наслаждаясь вниманием, которое ему уделяется на таких встречах, Китай сдерживает искушение проявлять свое возросшее влияние в отношениях с США. Последние могли бы пойти на уступки, которые понравились бы Китаю. Одной из них мог бы стать отказ США де-факто от права вето в МВФ. Недавно Китай продемонстрировал свое раздражение, заблокировав публикацию доклада МВФ, где рассматривался вопрос, манипулирует ли Китай своим валютным курсом для получения торговых преимуществ. Одна китайская газета выпустила статью о том, что Америка должна отказаться от своего контроля над МВФ в обмен на помощь Китая в преодолении последствий кризиса. Правда, публично правительство Китая об этом не заявляло.

В России, с руководством которой Китай разделяет сильные опасения в отношении США, г-н Вэнь позволил себе заявить, что влияние развивающихся стран в новой финансовой системе должно увеличиться. Кроме того, он заявил о необходимости «диверсификации» мировой валютной системы - тактичный намек на то, что роль доллара необходимо уменьшить. Однако итоговое заявление ASEM гласит, что МВФ должен играть решающую роль в помощи особенно сильно пострадавшим от кризиса странам. При этом сделана всего одна оговорка: это должно делаться «по их просьбе».

По мнению Альберта Кейделя из вашингтонского аналитического центра Carnegie Endowment for International Peace, Китай на теперешнем этапе своего экономического развития не хочет, «чтобы его воспринимали как проблему для крупнейших мировых держав». Однако в своем последнем докладе г-н Кейдель утверждает также, что неприятности могут возникнуть, когда рецессия, которая, по его мнению, может практически не затронуть Китай, заставит западные страны прибегнуть к протекционистским мерам. Кроме того, г-н Кейдель предполагает, что из-за кризиса китайская экономика может обогнать американскую раньше, чем ожидалось - задолго до 2030 года. Как бы китайские дипломаты ни старались казаться дружелюбными, для американцев это стало бы сильнейшим психологическим шоком.

© 2008 The Economist Newspaper Limited. Все права защищены.

19 ноября 2008г.